Философия - итоги

на главную

Пляж

Будущее экономики

Мы в России за свою долгую историю чего только не перепробовали, и вот опять кризис, опять не слава богу. Спрашивается, а вообще в принципе возможно сорганизовать свою экономику таким образом, чтобы кризисов больше не было? Здесь сразу следует ответить, и да, и нет. Всё зависит от того, чего мы хотим и, соответственно, к чему стремимся. Чтобы понять, почему так и каково будущее экономики лишённой всяких кризисов, рассмотрим различные варианты на примерах из прошлого и на вполне возможных вариантах из будущего.

Прежде всего, почему ответ на основной вопрос данной темы может быть как положительным, так и отрицательным? Это связано с тем, что если мы хотим чего-то не реального, то мы неизбежно упрёмся в какое-то непреодолимое препятствие. Нетрудно понять, что если мы главным показателем благоденствия экономики считаем её ежегодный рост, то так продолжаться вечно не может. Есть предел потребления с одной стороны, и физические возможности трудиться с другой. Следовательно, в будущем экономика должна не стремиться к росту, а должна находиться в каком-то равновесном состоянии.

Понимая, что реально, а что нереально далее будем искать путь только к равновесному состоянию экономики, не рассматривая все прочие варианты именно как нереальные. Начнём с того, что история человечества знает периоды бескризисного состояния экономики и первый из них это натуральное хозяйство. Экономика, построенная на натуральном хозяйстве очень устойчива потому, что в ней производится только то, что крайне необходимо, и только тогда, когда это необходимо. Причина, почему человечество покинуло этот рай, заключается в том, что не все люди одинаково умелы, и каждый человек всегда что-то не любит делать. Эти причины породили тенденцию к разделению труда, которое явилось стимулом, благодаря которому возник обмен, а в дальнейшем возникли деньги и сложились товарно-денежные отношения.

С появлением и развитием товарно-денежных отношений экономика носила устойчивый характер, несмотря на постоянный рост. Причина, по которой рост экономики не нарушал её устойчивости, заключалась в том, что рост всё время находился в соответствии с ростом численности населения. Это говорит о том, что колебания экономики вслед за численностью населения обязательное условие её устойчивости. Экономические кризисы пришли в нашу жизнь, как мы знаем, с появлением ссудного капитала. Причём практика показала, что причиной абсолютно всех кризисов всегда являлась именно финансовая сфера. Это связано с тем, что до появления ссудного капитала всё производство и вся сфера обслуживания получали всю возможную прибыль. При этом существовала естественная межотраслевая и внутриотраслевая конкуренции, то есть, появление нового товара, и завоевание им рынка сбыта происходило всегда за счёт исчезновения с рынка какого-то старого товара, рынок имел предел. То же самое было и с отраслями, возникновение новой отрасли или рост какой-либо старой мог происходить только за счёт потерь в других отраслях. В условиях, когда рынок сбыта, имел чёткие границы, межотраслевой и внутриотраслевой балансы строго регулировались спросом, то есть реальной потребностью людей.

При этом прошу обратить внимание на очень важный факт, совершенствование товаров и совершенствование их производства носило плавный характер. Эти процессы всегда были в гармонии с возможностями производителей. Кроме этого следует отметить ещё одну важную деталь, в условиях чётко ограниченного рынка сбыта производителям было экономически не выгодно иметь широкий ассортимент товара. Например, обувь, хочешь или нет, но приходится делать под все размеры ног и с учётом половых различий, но при этом все изделия делались по одной технологии, имели один цвет, фасон, материал.

До появления ссудного капитала экономики отдельных стран испытывали потрясения, но они были всегда порождены элементарной глупостью властей. Там где власти дружили с головой ничего подобного не было. Все проблемы носили чисто технический характер и связано это было с тем, что в качестве единого эквивалента стоимости выступало золото. Проблема возникала тогда, когда добыча золота не поспевала за потребностями экономики в денежной массе. Несоответствие вело к дороговизне денег, и одни по глупости золото разбавляли серебром или медью, что вело к бунтам, так как истинная стоимость таких денег становилась непонятной. Испания, с открытием Америки, не смогла обуздать поток золота, хлынувший с нового света, и обесценила деньги. Царская Россия, в этом плане нам продемонстрировала мудрость и простоту решения. Династия Романовых планомерно и постепенно изымала золото из обращения, законодательно вводя серебренные и медные эквиваленты разменных монет, что в итоге позволило безболезненно перейти на бумажные банкноты реально обеспеченные золотом. При этом непрерывный рост стоимости денег компенсировался дроблением копейки и к началу 20 века в ходу была уже одна шестнадцатая копейки. Пример России того периода показывает, что экономика, находящаяся в равновесном состоянии, если дружить с головой, не только прекрасно регулируется, но и достигается это простыми средствами.

Появление ссудного капитала породило два процесса, первый процесс связан с тем, что ссудный капитал начал участвовать в прибылях производителей и, соответственно, появился новый вид конкуренции, между реальным сектором экономики и финансовым. Второй процесс был обусловлен разностью сущностей реального и финансового секторов. Реальный сектор всегда доволен тем, что имеет, так как производство товара имеющего устойчивый спрос гарантирует постоянную прибыль. Финансовый сектор ограничен спросом на кредиты, а в условиях устойчивой экономики, то есть находящейся в равновесном состоянии, спрос на кредит всё время стремится упасть до нуля. Производитель, имеющий долю на рынке, не склонен безмерно расширять производство и устраивать войны с конкурентами. Он прекрасно понимает, что лишний товар на рынке приведёт лишь к падению цены на него, а в таких условиях он с долгом по кредиту рискует стать банкротом. Так как ссудный капитал не может расти только за счёт удорожания кредита, а равновесное состояние экономики вообще ставит под вопрос само его существование, для ссудного капитала остаётся только один путь инициировать противоестественный рост экономики.

Из истории мы видим, что сначала судный капитал начал войну за расширение рынков сбыта. Для ссудного капитала война выгодна сама по себе, это даёт возможность загнать государство в долги и потом получать вечный доход по процентам. То есть, долг государства позволяет банкирам приватизировать часть налога. Удачная война позволяет подтолкнуть своих производителей к расширению производства. В условиях неожиданно разросшегося

рынка, выигрывает тот, кто быстрее за счёт кредитов нарастит производство и успеет за счёт продаж погасить кредит. Очередной кризис наступал по причине перепроизводства, которое было связано с тем, что ажиотажный спрос производителей на кредиты, с одной стороны, поднимал стоимость кредита, с другой стороны, драка производителей за новые рынки лишала их возможности, хоть как-либо разумно соотнести между собой объёмы создаваемых производств и потребности рынка. При этом, ссудный капитал, раскручивая рост экономики, загонял производителей в долги. Производители, пытаясь выбраться из долговой ямы, начали искать возможность перекредитоваться на более выгодных условиях, что породило рынок акций. Банкиры, скупая акции дали возможность перекредитоваться производителям и заодно получили долю в прибылях производителей.

Когда все государства и все производители были загнаны в долги, ссудный капитал обратил свой взор на потребителей, что открыло эру рейганомики. Массовая раздача потребительских кредитов, с одной стороны подстегнуло производителей и заставило их лезть дальше в долги, с другой стороны это потребовало искусственного снижения стоимости кредита, что бы дать потребителю возможность периодически перекредитовываться. Проблемы начались, когда стоимость кредита упала до нуля и нормальная банковская деятельность потеряла всякий смысл. В итоге сложилась ситуация, когда должники не в состоянии погасить кредиты, их доходов хватает только на выплаты по старым процентам, а банкам давать деньги без процентов нельзя. В таком случае должник берёт новый кредит только ради погашения старого, но если старый кредит кроме долга ещё приносил прибыль по процентам, то беспроцентный кредит для банка полная бессмыслица, лишающая его прибыли.

Вот такая ситуация показывает нам, что существование неуправляемого частного ссудного капитала, с глобальной экономической точки зрения лишёно всякого смысла. Итог его развития всегда заканчивается падением цены кредита до нуля. То есть, ссудный капитал сам уничтожает изначальный смысл своего существования. Но в результате деятельности ссудного капитала все участники рынка оказываются не просто в долгах, а в долгах, по которым они будут платить пожизненно. Если смотреть правде в глаза и называть вещи своими именами, то вот такое положение дел есть ничто иное, как экономическое порабощение. Ведь только раб отдаёт плоды своего труда не получая взамен ничего. А в мире сложилась в основном именно такая ситуация, все платят проценты по старым кредитам не получая взамен от финансового сектора ничего. Сейчас уже нельзя сказать, что финансовый сектор предоставляет услуги, сейчас он просто паразитирует и озабочен экономикой только в той степени, чтобы она не рухнула.

Выше я уже писал о том, что первопричина всех глобальных неурядиц в экономике это нежелание власти дружить с головой. Сейчас власти практически всех стран абсолютно не понимают, что происходит на самом деле, об этом говорят их безумные действия, типа печатания денег и ожидания чуда. Далее, имея анализ прошедшего, рассмотрим, какой должна быть экономика в будущем. Понимание этого даст нам возможность избежать пустых исканий на ощупь, а для этого сначала вспомним, что присуще, или что способствует достижению экономикой равновесного состояния.


1. Производиться должно только нужное и только тогда когда это нужно.
2. Объём производства должен следовать за численностью населения.
3. Должна быть монополия государства на кредит.
4. Государство должно определять объём рынка для каждого товара, и он должен иметь конкретную величину.
5. Государство должно определять межотраслевой баланс.
6. Деньги должны иметь реальное обеспечение золотом.
7. Государство должно сохранять стоимость денег неизменной.


Вот из прошлых рассуждений мы имеем список из семи пунктов того, что должно обязательно присутствовать в экономике, если мы хотим привести её в равновесное состояние. Искушённый читатель, глядя на этот список, невольно спросит: нам, что теперь возрождать советский Госплан? Упаси боже, изъяны командной экономики, мы, слава богу, ещё не забыли, да и трудно такое забыть. Но прежде чем рассуждать о том, как прийти к такой экономике, давайте подумаем о том, что может нам понадобиться в будущем? Ведь данное рассуждение о будущем экономики и поэтому будет естественным включить в рассматриваемое построение и будущие потребности.

Сейчас почти все утверждают, что у современной России нет национальной идеи, но с 1957 года наши взоры устремлены в космос. Да, в тяжёлые времена нам было не до него, но как только отлегло, мы опять начали вкладывать деньги в космическую промышленность. Космос, это более чем достойная идея, чтобы стать национальной идеей. Русский человек так устроен, что рутина не для него, у нас всегда было плохим конвейерное производство, но при этом на стапельном производстве мы можем сделать всё что угодно. Чтобы там не говорили наши идеологи и политики, космос это наша судьба и никуда мы от этого не денемся. Если Вы обратите внимание на статьи «Термоядерный реактор» и «Идеальный движитель», то поймёте, что освоение космоса не так проблематично, как это пока кажется. Теперь представим, у нас получилось, и прежде чем куда-либо лететь нам понадобится взять с собой кучу разнообразных вещей. Мы идём в космос не просто посмотреть, а чтобы там жить, при этом все вещи, которые мы сейчас производим, имеют ресурс, дай бог, 10 лет. Спрашивается, нам, что теперь всё производство тащить с собой? Ответ очевиден, мы должны научиться делать вещи с ресурсом в тысячелетия, а в идеале, там, где это возможно, делать вечные вещи.

Итак, взгляд в будущее говорит нам, что экономика в будущем, кроме всего перечисленного в семи пунктах, должна ещё производить товары идеального качества. Современная рыночная экономика не то, что не может это делать, ей нельзя этого делать. Представьте, если все заводы, выпускающие лампочки начнут производить лампочки, которые не перегорают, а технически это возможно. Нетрудно догадаться, что целая отрасль в недалёком будущем останется без рынка сбыта. В такой ситуации, на всё человечество будет достаточно одного небольшого заводика. Такой финт можно выкинуть с одной отраслью, но в масштабах всей экономики этого делать нельзя, пока не изменены сами экономические отношения. Вот теперь, когда мы рассмотрели прошлое и заглянули в будущее, мы можем поразмышлять над тем, где тот путь, ведущий к равновесному состоянию экономики.

В самом начале статьи, там, где мы рассматривали натуральное хозяйство, говорилось о том, что равновесное состояние экономики складывается постепенно. Следовательно, вставая

на путь создания равновесной экономики даже не надо пытаться сразу просчитать всё на свете. Практически начинать надо с Росстата, расширив его функции от сбора статистики до полного исследования рынка какого-либо конкретного товара. Исследование должно заканчиваться заказом на разработку нового изделия, или линейки изделий, обладающих абсолютными свойствами. Далее государство должно выкупить подходящее производство и на его базе создать новое.

К примеру начнём с лампочек, наше нынешнее начальство к ним явно не равнодушно. Допустим, заработал наш заводик, но понятно, что себестоимость таких изделий может не на один порядок превышать себестоимость обычных лампочек, что делать. Выход один, продавать по цене самых дешёвых лампочек. Первоначально, чтобы не было ажиотажного спроса цену можно выставить и дороже самых дорогих, а дальше следить за спросом и постепенно понижать цену. Допустим лет через 10 - 15 наш «свечной» заводик закрыл основной спрос и перешёл на выпуск мелких партий, так скажем, перешёл в дежурный режим. Спрос вообще исчезнуть не может, где-то дом сгорел, и построили новый и так далее и тому подобное. Но, при этом у нас умерла целая отрасль, и высвободились тысячи рабочих, а у государства на руках планово убыточный заводик, и всё это кажется полным абсурдом.

Да, это выглядит абсурдно, но это если смотреть с точки зрения нашей рыночной экономики, или с точки зрения советской плановой экономики. В данном случае мы рассматриваем экономику, которая не является в чистом виде и не рыночной и не плановой, мы рассматриваем равновесную экономику. Теперь давайте оценим результат, мы имеем прекрасные лампочки и маленький заводик и не имеем целой отрасли с десятками мощных производств, где трудились тысячи рабочих. Для всего общества такое положение вещей выгоднее прежнего. Здесь надо понимать следующее, жизнедеятельность общества, как самодостаточной системы, обеспечивается за счёт работы всех её частей. При этом общество через механизмы перераспределения обеспечивает всем необходимым каждую свою часть. Поэтому, чем меньше та часть, которая обеспечивает какую-то конкретную потребность общества, тем легче обществу обеспечить эту часть всем необходимым. В рассматриваемом примере стране содержать один маленький заводик несравненно легче, чем огромную отрасль. В итоге получается, что выгоднее иметь один планово убыточный заводик, выпускающий идеальный товар, чем иметь огромную и рентабельную отрасль, но выпускающую недолговечный товар. По этому поводу справедливо убеждение людей в том, что если бы мы сразу же водопроводные трубы отлили бы из золота, это было бы выгоднее, чем то, как мы теперь каждый год раскапываем улицы своих городов. Здесь надо понимать простую мысль, как бы не было дорого сделанное один раз, оно всегда бесконечно выгоднее того, что делается вечно. Бесконечно производимое, бесконечно дорого, конечное всегда имеет конечную цену.

О чём говорит рассмотренный пример? Во-первых, он говорит о том, что переход к равновесному состоянию экономики затратен и экономический эффект будет ощутим только тогда, когда новое производство перейдёт в дежурный режим и перестанет потреблять большой объём дорогих материалов. При этом умершие старые производства найдут себе другую нишу. Во-вторых, затратность самого процесса перехода говорит нам о том, что запуск новых производств должен соотноситься с возможностями экономики и никакой спешки здесь не должно быть. Ведь надо не только создать новое, но и утилизировать старое. В-третьих, данный пример ставит вопросы: за что платить заводу, который почти не работает? И куда девать людей, которые всё время будут высвобождаться?

Ответ на первый вопрос очевиден, за то, что люди поддерживают производство в рабочем состоянии и держат на складе запас способный покрыть потребности форс-мажорных обстоятельств, а в случае оных опять создадут запас. То есть, в таком случае общество, в лице государства, будет платить за то, что данное предприятие удовлетворят конкретную потребность общества. Ответ на второй вопрос следует искать там, где мы рассматривали общество в глобальном плане, как целое, состоящее из частей. То есть, в данном случае создание такого «свечного» заводика равнозначно повышению производительности труда в тысячи раз. Следовательно государство может не снижать денежную массу, ведь потребность обеспечена товаром, и на величину стоимости освободившихся рабочих мест открыть новые ставки, например, с системе образования, здравоохранения, госслужбы, армии, может расширять космическую промышленность.

Рассмотрев конкретный пример, теперь рассмотрим всю экономику в целом. Постепенное выдавливание частника из сферы производства долговременных товаров значительно уменьшит издержки общества на производство. В свою очередь это подтолкнёт частника к освоению товаров требующих вечного производства в силу объективной причины. Это продукты питания, лекарства, транспорт, а так же сфера услуг и торговля. При этом мы получим огромный сектор экономики, где полностью будет исключена коррупция, чиновник не может наехать на госпредприятие, да там, и наезжать будет собственно не на что. Чиновники могут трясти большую отрасль, с большими оборотами, а крохотный заводик с мизерным бюджетом трясти бессмысленно.

Производство товаров с абсолютными свойствами породит в экономике очень хороший эффект, который будет заключаться в следующем. Если люди раньше постоянно тратили деньги на покупку долговременных товаров, которые таковыми не являлись, то со временем эта часть расходов уменьшится до минимума. Соответственно, даже если не повышать зарплаты и пенсии, люди всё равно смогут на те же деньги покупать больше других товаров, что равнозначно повышению стоимости денег. Это конечно при условии, что остальные сектора экономики за это время подрастут и будут способны освоить эти деньги не за счёт повышения своих цен.

Частный ссудный капитал можно ликвидировать простым способом, не прибегая ни к каким революционным методам. Для этого достаточно ввести запрет на создание новых частных организаций занимающихся финансовой деятельностью. Постепенное снижение учётной ставки Центробанком и синхронное снижение стоимости кредита всеми государственными банками вынудит частных банкиров самим закрыть свои банки и искать других мест для своих капиталов. При этом у государства появится прекрасная возможность регулировать рынок, определяя кому и под какой процент давать кредиты.

Специалист невольно спросит, но как быть с разросшимся госсектором, ведь государство всегда плохой хозяин и ждать от государства хорошего менеджмента не приходится. Да в отраслях с большими объёмами производства и постоянной сменой товаров и ассортимента, безусловно, госуправление недееспособно, но в данном случае государство будет удовлетворять большую часть потребностей общества не за счёт объёмов производства, а за счёт качества товаров. Просто следить за небольшими предприятиями вполне по силам

государству. И именно по этому, я обращаю внимание, что государство не должно лезть в те сектора экономики, где требуется наличие вечного производства или оказания услуг. Как видите, равновесное состояние экономики требует активного участия государства в экономике, но при этом требуется и чисто капиталистический способ производства. В данном случае речь идёт о разумном разграничении ролей между государством и частным сектором. Из выше сказанного, надеюсь понятно, что частный сектор далеко не на многое способен. Пример современной России нам наглядно показал, что сам частный сектор не будет развивать науку, и тем более производить вещи с абсолютными качествами. Соответственно, мысль проста и естественна, то на что неспособен частный сектор должно делать государство само и при этом понятно, что бессмысленно пытаться давать задания, как это любят делать наши нынешние руководители. Частный сектор никогда не будет делать то, что противоестественно для него. Простой пример, уже прошло лет 30, как наши технологи обнаружили материал, обладающий абсолютными антифрикционными свойствами. Он удивительно дёшев в производстве, очень технологичен и позволят легко делать детали любой сложности, и спрашивается, где машины из этого материала? А Вы их никогда не дождётесь от чисто рыночной экономики, для неё производство абсолютно не изнашивающихся деталей равнозначно самоубийству.

Далее необходимо ответить на вопрос, каким образом государство сможет соблюсти денежный баланс в условиях, когда добрая половина экономики не имеет существенного товарооборота и не платит налоги, а напротив находится на денежном содержании государства? Последние два пункта из семи говорят нам о том, что государство должно ввести единую меру стоимости. Неважно, что первоначально золотое содержания рубля будет до смешного мизерным. Накопление золота это вопрос лишь времени, недра России потрясающе богаты. Главное заключается в том, что государство, имея единую меру стоимости, сможет реально оценить свой экспорт, импорт, стоимость других валют и рассчитать реальную стоимость услуги, которую оказывает обществу государственная промышленность. Потом не надо забывать, что само создание этой госпромышленности будет делом постепенным и у государства будет возможность, ориентируясь на инфляцию постепенно подобрать этот баланс и чисто эмпирическим путём.

Введение золотого стандарта даже одной страной скажется и на международной экономике. Прежде всего, валюта такой страны сразу же выпадет из сферы валютных спекуляций. При этом, корректно будет говорить о колебаниях всех остальных волют относительно неё, а не наоборот. Появление других валют имеющих золотое содержание автоматически установит курсы таких валют в зависимость от обеспеченности золотом. Это приведёт к тому, что стоимость валют будет определяться правительствами, а не валютными спекулянтами. Для реального бизнеса это будет только выгодно, он всегда стремится к стабильности. В перспективе, введение золотого стандарта сделает ненужным единую международную валюту, имея единую меру, нетрудно будет делать взаимные перерасчёты и без неё.

Это всё красиво смотрится в будущем, когда всё уже сделано и всё работает, спрашивается, как пройти этот самый переходный период? Прежде всего, надо понимать, что нынешний кризис не имеет в себе ничего субъективного. Выше я показал, что ссудный капитал неизбежно приходит к тому, что стоимость кредита падает до нуля, и кредитование становится невозможным. То есть, ссудный капитал в силу своей природы имеет механизм самопоедания. Поэтому стагнация и саморазрушение для либеральной экономики неизбежны. Это значит, что чем раньше та или иная страна начнёт двигаться в сторону создания равновесной экономики, тем с меньшими потерями она выйдет из кризиса. Так же понятно, что товары, обладающие абсолютными качествами должны уходить за рубеж только по реальной цене. Начинать надо обязательно с самого простого и самого нужного людям, те же лампочки, утюги, стиральные машины, холодильники, и далее постепенно до всех машин, включая корабли и самолёты. Примеры из реальной жизни показывают нам, что экономику можно поднять с любого положения, вспомните Советскую Россию 1917 года, когда различные Попандополы сами деньги рисовали. Или пример послевоенной Германии, когда немцы начинали с 30 марок на человека. Сделать можно всё, для этого нужно лишь дружить с головой, применительно к власти следует сказать, что она должна опираться не на своих людей, а на умных людей. Свои люди удобны, как мягкое кресло, но они всегда неадекватны и импотентны.

То, что сейчас в мире преобладает либеральный взгляд на экономику связано с тем, что либерализм предложил чиновникам отдать всё в руки рынка. Тем самым либерализм предложил чиновникам лёгкую жизнь, сведя их заботы до минимума. Чиновники везде имеют одну сущность, и она никак не зависит от национальных особенностей, поэтому либерализм пришёлся по душе абсолютно всем чиновникам. Когда все обязанности переведены на невидимую руку рынка, чиновникам только и остаётся, как заниматься разработкой коррупционных схем. Из этого следует, что любая попытка привести экономику в равновесное состояние будет всегда саботироваться чиновниками, и они до последнего будут стоять горой за либерализм. А это значит, что выход из кризиса и приведение экономики в равновесное состояние возможно только в том случае, если общество будет это понимать и верховная власть будет на стороне общества, а не на стороне олигархии.

Отдельно следует рассмотреть вопрос о том, насколько необходим ссудный капитал для государства в условиях, когда частный запрещён и экономика находится в равновесном состоянии. С одной стороны, для государства в лице сбербанка ссудный капитал нужен для стимулирования населения по сбережению средств. С другой стороны, для государства, бухгалтерская прибыльность или безубыточность не имеют ни какого значения. Цель государства это следить за тем, чтобы стоимость денег была неизменной. В рамках рассматриваемой модели у государства уже на руках пол экономики, с точки зрения монетаристской бухгалтерии, планово убыточно. А это значит, что придерживаться монетаристской бухгалтерии бессмысленно, это такая же бессмыслица, которая наблюдается сейчас, когда государство платит зарплату своим чиновникам и тут же берёт с них налоги. Спрашивается, а что не судьба сразу установить ставку реально выдаваемых денег и не гонять деньги по безумному кругу? Конечно судьба, но для этого нужен иной взгляд на сами деньги и, соответственно, иные механизмы регулирования экономики.

По сути деньги это права человека потребовать от общества нечто ему необходимое в данный момент за когда-то вложенный человеком труд в интересах общества. При этом деньги автоматически предполагают общий рынок в рамках государства, когда труд предлагается на общий рынок труда и блага берутся с общего рынка товаров и услуг. Монетаристская экономика неизбежно порождает кризисы, как раз по тому, что в ней

присутствует мультипликатор денег и отсутствует уничтожитель денег. То есть, единожды попавшие в экономику деньги остаются там до полного экономического краха и создания новых денег. Такое строение экономики с неизбежностью предполагает, что деньги будут у кого-то накапливаться, при этом они накапливаются не потому, что человек много трудится и мало потребляет, а потому, что он имеет деньги и работает с деньгами. Вот эти деньги порождённые мультипликатором и никак не обеспеченные трудом, когда предъявляются на рынке товаров и услуг обесценивают сами себя.

Понимание денег государством именно как прав, и если государство действительно будет стремиться иметь равновесную экономику, потребует от государства, прежде всего, честности перед обществом. То есть, государство должно следить не только за общим балансом между массой денег и массой товаров и услуг, но ещё и за тем, чтобы на частных руках не скапливались безумные богатства. Ведь любому адекватному человеку, очевидно, что миллиардные суммы не могут быть заработаны, они могут быть только получены, как результат несправедливого устройства общества. Я написал, любому адекватному человеку, потому, что только адекватный человек понимает разницу между заработанными деньгами и полученными. Из выше сказанного следует, что ссудный капитал, в условиях равновесной экономики не только не нужен, и не только вреден, он с ней никак не совместим. В условиях равновесной экономики государству не нужен мультипликатор денег, как следствие ссудного капитала, при росте населения и экономики государство может просто дополнительно напечатать денег и это никак ни скажется на стоимости денег. А вот в условиях сокращения населения и, соответственно экономики, не только любой мультипликатор денег, но и отсутствие механизмов уничтожения лишних денег, приведут к обесцениванию денег.

Далее, спрашивается, если государство всегда легко может произвести эмиссию денег то, как реально изымать лишние деньги. Начнём с очевидного и самого простого, если государство провозглашает социальную справедливость наивысшей добродетелью, то понятно, что государство должно уйти, в первую очередь, от глупостей, когда оно платит и тут же оно взимает налог. То есть, налогообложение должно распространяться только на частный сектор, и так же очевидно, что налог для частного сектора должен быть не просто прогрессивным, а заканчиваться ста процентами. Выше мы рассмотрели, что экономика не в коем случае не должна порождать олигархию, государство должно пресекать не просто расслоение общества, а именно и в первую очередь нездоровое социальное поведение. Социальный мир, как основа устойчивости государства и общества, может существовать только в том случае, если у всех групп общества будет взаимное уважение к друг другу и опять же понятно, что это возможно только в условиях элементарной справедливости.

Если далее рассматривать неочевидные вещи, а здесь надо понимать, что человечество ещё не имеет опыта создания равновесной экономики, которая в тоже время строилась бы на основе социальной справедливости, то следует сказать, что механизмы уничтожения денег (изъятие из экономики лишних денег), можно будет постепенно опробовать в процессе создания такой экономики. На вскидку, кроме налогового механизма, можно предложить и такой механизм, человеку после выхода на пенсию начинать выплачивать пенсию тогда, когда закончатся все его бизнес-накопления. То есть пенсию реально платить только тогда, когда человек в этом нуждается.

В заключении хочу сказать следующее, как это не покажется странным, но личную глупость хорошо видно не с вершины славы, а из глубины ямы. Сейчас мы находимся в положении, когда для того чтобы подняться, сначала нужно упасть и после взгляда на современное российское государство остаётся только просить у бога прощения, больше ничего не остаётся. Находясь в положении падших и видя всю глубину всей нашей глупости, теперь вот наконец-то пришло время подниматься. Периодические падения неизбежно свойственны тому, кто находится на пути познания и ищет избавления от проблем вслепую, на ощупь. Философия предлагает искать не избавления от конкретных проблем (большинство задач не имеют прямого решения), а искать путь к истине. Простой пример, мы сейчас вкладываем неимоверные средства и силы в производство машин, строительство дорог, тоже касается и всех остальных видов транспорта. При этом, если мы решим проблему искусственного интеллекта и создадим термоядерные реакторы (смотри «Искусственный интеллект» и «Термоядерный реактор»), мы получим заодно и идеальное транспортное средство. Представьте вертолёт, имеющий мозги и не имеющий топливного бака. От человека будет требоваться только лишь принять решение, что и куда, и при этом сразу отпадёт нужда во всех дорогах с их дураками. Путь познания истины предлагает не решение бесконечной череды частных задач, он предлагает решение сразу всех задач, а для того, чтобы встать на этот путь, прежде надо отказаться ото лжи. В статье «Честность» показано, что ложь деструктивна всегда и во всём. Экономика не является исключением, и её убивает только нынешняя феерия лжи. Как видите, даже вот такой небольшой взгляд показывает, что природа вообще и природа человека в частности, не имеют в себе ничего фатального, мир прекрасен и изначально нам дано всё, от нас лишь требуется перестать лгать. Народ, это способ существования идеи бога в реальном мире, и не случайно в нашем народе всегда неистребимо присутствовало стремление к правде, к жизни по правде. Глас народа, глас божий и это истина, народ всегда видел путь в будущее, конечно тернист наш путь, но опять же не зря в народе говорится: «всё, что делается только к лучшему». Безумие большевиков избавило нас от сословий, безумие либералов избавило нас от большевиков и последних иллюзий, пришло время требовать от государства не благ и подаяний, а правды.


P.S.


По прошествии времени и различных дискуссий с читателями у меня невольно возник вопрос, чего такого ужасно непонятного я здесь написал? Дело в том, что все несогласия читателей сводились, либо к частным вопросам сугубо технического характера, либо к неверию в возможность такого положения вещей. Размышления над этим привели меня к выводу, что это непонимание результат непонимания того языка которым я изложил свои мысли. Здесь я попробую изложить главную мысль чисто языком политэкономии, но сначала краткое поясняющее предисловие.

Каждый человек всегда начинает что-либо делать только тогда, когда осознаёт ответ на вопрос, а зачем ему это надо? То есть, любой деятельности всегда предшествует некая мотивация. Когда речь заходит не о частных делах, а о деятельности многих людей, то всё начинается так же с осознания общей нужды. Но вот далее всё зависит от того, как будут сформулированы вопросы и какие на них будут даны ответы. Например, понятие науки начало формироваться, когда был поставлен вопрос, а что является знанием?

Один из вопросов, вокруг которого начала формироваться политэкономия, это вопрос о том, что считать капиталом. Жизнь показала, что ответ на этот вопрос не может быть однозначным и зависит от многих условий. Блокадный Ленинград показал, что в таких условиях золото ничто в сравнении с буханкой хлеба. Средние века показали, что в отсутствии промышленного производства реальным капиталом может быть только земля. Золото и все производные могут быть средством накопления капитала, но при этом всегда стоит вопрос, во что их потом вкладывать? – что будет тем капиталом, который позволит расширить базу поступления средств?

Средневековый и рачительный владелец земли продавал зерно и копил золото, для того, чтобы потом прикупить ещё земли и тем самым увеличить свой капитал. Капитализм показал, что кроме земли капиталом могут быть и средства производства, а в условиях растущего производства, и сами средства накопления капитала. То есть, сами деньги начинают приносить новые деньги их владельцу. Когда рост производства упирается в естественные пределы, деньги перестают быть капиталом. Когда нет роста производства, количественный рост денег обесценивает их. Именно поэтому Адам Смит и заключил, что капитализм конечен в своём развитии.

Адам Смит рассматривал капитализм как естественный процесс и когда сейчас мы видим, что естественный процесс, естественным же образом исчерпал себя, то сейчас встаёт лишь вопрос о том, каким должно быть наше искусственное вмешательство посредством государства? Жизнь показала, что животное естество человека не может быть руководящей силой в разумном обществе. Оно позволяет нам развиваться только до определённого предела. Если мы не хотим полного краха своей промышленной эры и, соответственно, не хотим возврата в средние века, а далее не хотим вечно ходить, поэтому замкнутому кругу, то мы должны вмешаться и прервать этот естественный ход событий. Дальнейшее развитие возможно только на основе разума, да с учётом естества человека, но ведущей силой должен быть разум. Если мы сейчас не вмешаемся в этот естественный процесс, то нас ждёт длинный период деградации с последующим перезапуском капитализма с чистого листа.

Суть этой статьи, рассмотреть вопрос о том, каково должно быть наше искусственное вмешательство? - и какой должна быть промышленно развитая экономика, когда капитализм исчерпает все свои ресурсы? Конечный вывод в понятиях политэкономии можно сформулировать примерно следующим образом. Недолжно быть никакого стихийного рынка, а чтобы это было возможно мы должны ввести новое понятие капитала. Капиталом должна стать потенциальная возможность производства, и этот капитал должен приносить доход людям, поддерживающим производственные мощности в состоянии полной готовности к производству по первому требованию.

Первым примером и шагом в этом направлении может служить дотирование фермеров с целью исключить перепроизводство. То есть, когда фермеру начинают платить за то, чтобы он не обрабатывал часть своих земель и просто держал их в резерве. В условиях капитализма это дотирование самой жизненно важной отрасли, а в условиях посткапитализма это должно стать основополагающей политикой государства для всей сферы производства. Вот когда у нас будут огромные производственные мощности, способные покрыть все наши потребности, и запускаться они будут только тогда, когда в них будет потребность, вот только тогда у нас будет бескризисная экономика. И только бескризисная экономика всегда находящаяся в равновесном состоянии избавит человечество от войн и позволит нам развиваться и технически и духовно.

И последнее на что хочу обратить внимание читателей. Если мы создадим условия, когда капиталом приносящим доход станет не только само вечно работающее производство, но и производство, удовлетворившее потребности общества и находящееся в резерве, то тогда сами производители будут заинтересованы в производстве товаров наивысшего качества с максимально возможным сроком эксплуатации. Каждый производитель начнёт стремиться к тому, чтобы его склад был заполнен и к нему как можно реже приезжали за готовой продукцией. Такое возможно только за счёт качества продукции, что собственно и требуется для общества.

Апокалипсис
Атеизм
Будущее экономики
В круге втором
Вера
Гравитация
Границы жизни
Демократия
Добро и зло
Дух
Душа
Знание
Идеализм
Идеальный вариатор
Идеальный движитель
Идея
Интеллект
Искусство
Истина и бытие
Культура
Логика
Логика истории
Любовь
Материя
Мегалиты
Механика
Мораль
Наска
Натуральная философия
Наука
Начала математики
Начала экономики
Общественная проказа
Общество
Парменид
Предел греха
Прогресс
Пути дороги
Руны
Свобода
Свобода и бардак
Слова древних
Смысл жизни
Совесть
Современная философия
Суждения - по видимому
Сущность власти
Термоядерный реактор
Философия
Честность
Честь
Цена правды
Язык

Вершинин Эдуард
  Константинович

Рейтинг@Mail.ru